sovainfo.ru

Краевед Александр Завальный рассказал о нравах купечества и крестьянства в Самарской области

Встреча с главным библиографом областной универсальной научной библиотеки Александром Завальным прошла 29 февраля. В его краеведческой "копилке" - множество историй. На этот раз они были связаны с жизнью и бытом купцов и крестьян в Самарской губернии во второй половине XIX века и начале XX.


"Купеческие истории"

Среди героев "купеческих историй", рассказанных Завальным, были Альфред фон Вакано, Михаил Челышов, Егор Аннаев, Константин Головкин и другие заметные фигуры, без которых трудно себе представить предреволюционную жизнь Самары.

Альфред фон Вакано у многих самарцев вызывал уважение: для города он сделал немало. Но были и такие, в том числе среди выходцев из купеческого сословия, ставших депутатами городской думы, кто относился к этому предпринимателю настороженно. Его бескорыстие и австрийское происхождение вызывали подозрения. Особенно обострились они с началом Первой мировой войны. В 1915 году Альфреда фон Вакано выслали в Бузулук.

- Через некоторое время после высылки к нему приехало доверенное лицо из Петрограда, - рассказывает Александр Завальный. - Этот человек сказал: "300 тысяч рублей, и все обвинения с вас будут сняты. Они будут истолкованы как недоразумение". Фон Вакано ответил, что ему надо посоветоваться с сыном, а потом сказал: "Знаете, это будет против правил чести. Я останусь в Бузулуке".

Любопытная история связана с непримиримым противником фон Вакано, борцом за трезвость Михаилом Челышовым, который был довольно прижимистым человеком. Дело происходило также во время Первой мировой.

- На одном из митингов, - продолжает краевед, - Челышов призвал самарцев собрать деньги и передать их на лечение раненых бойцов. И добавил: "Сам я жертвую пятьсот рублей". Избрали комитет, стали подсчитывать собранные средства и увидели, что этой суммы нет. Направили записку Челышову: "Вы не забыли положить обещанные деньги?" Он ответил также запиской, что когда-то красил крышу биржи и денег за это не взял. Теперь же просит считать это своим вкладом в фонд излечения больных и раненых бойцов.

Отец этого купца Дмитрий Челышов славился своим дотошным отношением к предпринимательству и строительству самарских зданий. С ним связана такая история:

- Однажды он приехал посмотреть, как строится один из его "доходных домов" на нынешней улице Красноармейской. Подрядчик говорит: "Дмитрий Ермилович, мы знаем, что у вас сегодня день ангела. Поэтому решили три ряда кирпичей положить бесплатно!" Купец поблагодарил, поклонился и сказался, что привез для рабочих всякую снедь и выпивку: "Сам не пью, а кто хочет - после работы пожалуйте". Пообщались душевно. На следующий день Челышов снова приехал на стройку и сказал подрядчику: "Эти три ряда кирпичей разберите и положите заново". Его спросили: "Дмитрий Ермилович, помилуйте, почему?". "Мне нужна не быстрота, а качество", - ответил он.

К семидесятым годам позапрошлого века в Самаре практически не было деревьев. Среди тех людей, которые смогли изменить облик города, был купец Егор Аннаев.

- В 1872 году, - рассказывает Завальный, - он обратился в городскую думу за разрешением на создание возле своего дома сада. Ему дали добро. Он посадил деревья, поставил изгородь. И вскоре примеру Аннаева последовали другие.

Забавная история произошла в 1887 году с одним из самарских купцов среднего достатка. На своей лавке он повесил объявление: "Здесь нужен мальчик", имея в виду помощника.

- Приходит он на следующий день в лавку, - продолжает эту историю Завальный, - а там стоит корзина, и в ней ребенок кричит. Рядом записка: "Вы хотели мальчика? Вот он". Самое интересное, что купец усыновил этого ребенка и воспитал.


"Крестьянские истории"

Большая часть самарских купцов, по словам Завального, были выходцами из крестьянского сословия. Оно же пополняло ряды учителей и врачей.

- Среди крестьян были умные, толковые люди, умевшие работать. Но об основной их массе у нас сложилось превратное представление, - считает краевед. - Мы привыкли судить о крестьянах по произведениям писателей-народников. Но реальность зачастую была совсем не такой, как в их книгах. Не стоит забывать о том, что многие крестьяне в 1917 году откликнулись на призыв большевиков "Грабь награбленное!".

Эти настроения зрели задолго до революционных событий. Вот одна из историй, рассказанных Завальным:

- Писатель и инженер Гарин-Михайловский, образец русского интеллигента, человек честный и порядочный, купил имение в деревне Гундоровке и начал помогать крестьянам. Сгорит у кого-то дом - он дает деньги погорельцу. В деревне появились фельдшер, библиотека. И чем ответили ему крестьяне? Тем, что устроили ему три поджога подряд. После чего Гарин-Михайловский уехал в Самару. Причем в поджогах участвовали как раз те крестьяне, кому он сделал больше всего добра. Логика простая: "Он барин, не наш человек".

Главным для крестьян, полагает краевед, чтобы меж собой все было поделено по-честному. А то, что чужие люди могут при этом пострадать, - это как-то не принималось во внимание.

- Если бы все крестьянство было таким белым и пушистым, каким его изображали народники, наверное, не было бы и 1917 года, и кровавой Гражданской войны. Мне кажется, большевики чуяли нутром эти перехлесты нашей крестьянской натуры, ранее выразившиеся в пугачевщине и разинщине.


поделиться: